Нарцисс
Читать статью
Овидий написал свою поэму «Метаморфозы» («Превращения») около 8 года н. э. Именно в ней мы находим одну из самых известных ранних письменных версий мифа о Нарциссе. Важно уточнить, что сам миф существовал задолго до Овидия, но передавался чаще в устной форме. Однако именно благодаря Овидию эта интересная история о жизни и смерти Эхо и Нарцисса получила широкую известность.
Цель всего этого анализа — это посмотреть на жизнь и смерть нашего героя с другой стороны. Альбер Камю в своей работе «Миф о Сизифе» предлагает читателям представить Сизифа счастливым, тем самым открывая совершенно новый взгляд на мифического героя. Я не сравниваю себя с Камю, но хочу предложить нечто подобное.
Сам миф очень богат философскими и мифологическими мотивами. В его предыстории фигурируют Зевс, его жена Гера, Эхо и мать Нарцисса, оракул и многие другие персонажи. Но я хочу раскрыть именно тему Нарцисса и сделать акцент на том, как мы, читатели, его воспринимаем и что означает его смерть для нас.
Миф о Нарциссе читают и дети, и взрослые. Это простой, короткий и, пожалуй, интересный миф, из которого нетрудно извлечь несколько жизненных уроков. Его изучают как в школах, так и в университетах. Существуют пересказы мифа, которые читаются намного легче, есть оригинал на латыни, а есть и переводы с латинского языка. Для своей работы я выбрал пересказ 1914 года Николая Куна из его сборника, известного под названием «Легенды и мифы Древней Греции», перевод Сергея Васильевича Шервинского, опубликованный в издании 1977 года, и видеопересказ мифа из учебника для 4-го класса (чтобы понять, как описывают Нарцисса в школах). Добавлю, что существуют и другие переводы и пересказы данного мифа, но я выбрал наиболее популярные и доступные версии, так как меня интересует, как мы, обычные читатели, воспринимаем этого юношу, то есть Нарцисса.
В данном случае важно отметить, что Кун не переводил Овидия дословно, а пересказывал античные мифы собственными словами. Шервинский же переводил непосредственно латинский текст поэмы.
Не буду скрывать, что я использовал интернет как один из важнейших источников для формирования представления о том, как сегодня воспринимается наш главный герой. И я обосновываю это так: что делает человек, когда хочет прочитать историю, найти книгу или быстро получить информацию о каком-либо персонаже? Вбивает запрос в интернет и читает первые попавшиеся источники.
Здесь я оставлю ссылки на пересказ Куна, на перевод Шервинского и на видеопересказ мифа из учебника для 4-го класса.
Пересказ Куна: Нарцисс — Николай Кун
Перевод Шервинского — стихи 339-510: Метаморфозы — Книга III (Овидий, перевод С. В. Шервинского)
Видео на ютубе — Нарцисс и Эхо — пересказ Г. Петникова
Пожалуй, начнем с простого. Какое самое первое качество, которое приходит нам на ум, когда мы думаем о Нарциссе? Ответ: Нарциссизм. Забавно, что сам термин “Нарциссизм”, как черта характера, появился только в конце 19-го века, когда в 1898 году британский сексолог Хэвелок Эллис впервые использовал термин narcissus-like (подобный Нарциссу) в исследовании автоэротизма. Но это, к сожалению или к счастью, нам неинтересно.
Давайте тогда возьмем современное определение слова “Нарциссизм”. Для этого посмотрим три словаря — один русский и два английских:
Русский Язык
Источник: «Большой толковой словарь русского языка» под редакцией С. А. Кузнецова.
НАРЦИССИЗМ — «О самовлюбленном человеке/ Самовлюблённость, самолюбование».
Английский язык
Источник: Oxford Advanced Learner's Dictionary, издательство Oxford University Press.
Narcissist имеет два значения:
В повседневном языке — человек, который чрезмерно восхищается собой, особенно своей внешностью.
В психологии — человек, чрезмерно сосредоточенный на себе и своих желаниях, испытывающий сильную потребность в восхищении и недостаточно понимающий чувства других людей.
Открыть Oxford Dictionary — Narcissist Oxford Learner's Dictionaries
Английский Язык
Источник: Cambridge Dictionary
Narcissist: Человек, который чрезмерно восхищается самим собой.
Важно отметить, что это именно современное определение данного слова и никто в начале нашей эры так не характеризовал Нарцисса (именно тогда Овидий написал свою работу). Поэтому я не буду долго рассуждать над вопросом «Являлся ли Нарцисс нарциссом?». Однако я бы добавил, что его можно назвать нарциссом только опираясь на концовку нашего мифа! И по ходу этой статьи я попытаюсь аргументировать свою точку зрения.
Давайте тогда разберемся, какие черты характера приписывают Нарциссу в произведениях, которые я выбрал для анализа, и начнем с перевода С. В. Шервинского:
Метаморфозы — Книга III (Овидий, перевод С. В. Шервинского)
Гордость — «Гордость большая была, однако, под внешностью нежной, —» (стих 354).
Напрямую ему приписывают только гордость. Остальные качества в данном случае читатели впоследствии стали ему приписывать.
Пересказ Куна:
Гордость, самолюбие, эгоизм: “{…} прекрасного, но холодного, гордого Нарцисса. Никого не любил он, кроме одного себя, лишь себя считал достойным любви.” / “А Нарцисс остался по-прежнему гордым, самовлюбленным.”
Учебник 4-го класса:
Нарцисс и Эхо — пересказ Г. Петникова
Бессердечность/ жестокость: “Другие нимфы полюбили жестокого, бессердечного Нарцисса - а он не любил никого”
Что нам отвечает интернет/Википедия на запрос «Кем был Нарцисс?»
“В древнегреческой мифологии Нарцисс (Наркисс) — это необычайно красивый юноша, сын речного бога Кефисса и нимфы Лириопы (или Эндимиона и Селены), ставший символом гордыни и самовлюбленности”
Ну вот мы и собрали наши нужные качества: Гордость, самолюбие, эгоизм, жестокость, бессердечность (помимо красоты — тут никто не спорит). Вот каким мы воспринимаем нашего героя.
Давайте тогда приступим к работе и разберемся, почему у Нарцисса такая неуспешная репутация.
Предлагаю пройтись по хронологии событий в нашем мифе:
Вот наш герой и родился, а прорицатель Тиресий предсказывает его матери, что мальчик проживёт долгую жизнь, если не узнает самого себя. Однако никто не придал этому предсказанию особого значения.
Нарциссу исполняется около 16 лет, и Овидий сразу же пишет о Гордости Нарцисса:
Юноши часто его и девушки часто желали.
Гордость большая была, однако, под внешностью нежной, —
Юноши вовсе его не касались и девушки вовсе.
(Овидий, «Метаморфозы», книга III, стихи 353–355, перевод С. В. Шервинского).
Насколько я понимаю, Овидий связывает гордость Нарцисса с тем, что того никто не касался и что он в буквальном смысле никому себя не отдавал.
Разве мы можем назвать это гордостью?
Я предлагаю посмотреть на этот фрагмент с другой стороны. Тебя любят практически все за твою красоту. Ты настолько хорошо выглядишь, что тебя желают все, кто тебя видят. Увы, так сложилось, что никто из тех, кто в тебя влюблен, не кажется тебе привлекательным. Разве ты гордый человек? А если еще и поиграем со словами и заменим “Гордость большая была” в отрывке на “Нарцисс не отвечал взаимностью” — разве не обретает наш отрывок полностью другой оттенок? Ведь согласитесь: между гордостью и отсутствием взаимных чувств существует огромная разница.
Далее по хронологии следует встреча наших героев — Эхо и Нарцисса. Говорится, что юноша отстал от своих товарищей во время охоты и крикнул: «Здесь кто-нибудь есть?» Так и начинается диалог между двумя героями. Затем они обмениваются ещё несколькими фразами, смысл которых можно передать одним предложением: «Здесь кто-нибудь есть? Выходи, давай встретимся!» (См. стихи 375–387.) Причём всё это первоначально произносит сам Нарцисс, ведь Эхо способна лишь повторять чужие слова.
Вот тут, я думаю, упускаются два важных момента.
Во-первых, Нарцисс изначально был со спутниками, с товарищами. Значит, он всё-таки мог быть в хороших отношениях с другими людьми, в том числе с теми, кто его любил или восхищался его внешностью!
Во-вторых, он сам первым крикнул, даже не зная, к кому обращается: «Выходи, давай встретимся!» (А в учебнике для 4-го класса вообще говорится: «Давай будем друзьями!» См. Видео выше.)
Вот и мой вопрос к вам: разве жестокий и бессердечный эгоист стал бы предлагать людям дружить и сам инициировать встречу с незнакомцем, зная по собственному опыту, чего от него обычно хотят? Разве гордый самолюбец стал бы искать своих товарищей, если он и сам прекрасно справляется со своими делами?
Я думаю, что нет.
В следующих стихах описывается реакция Эхо на призыв Нарцисса встретиться, а также неожиданная реакция самого юноши на её попытку обнять его:
«Собственным нимфа словам покорна и, выйдя из леса,
Вот уж руками обнять стремится желанную шею.
Он убегает, кричит: „От объятий удерживай руки!
Лучше на месте умру, чем тебе на утеху достанусь!“»
(Овидий, «Метаморфозы», книга III, стихи 388–391, перевод С. В. Шервинского).
Здесь возникает вопрос этического характера: зачем так грубо отвечать девушке, даже если она тебе не понравилась? Согласен. Но есть вопрос и к самой Эхо: зачем выходить из леса с протянутыми руками, пытаясь обнять парня за шею, если это ваша первая встреча…? По-видимому, обоим нашим героям еще предстоит научиться, как вести себя при встрече с незнакомцами.
Дальше следует, пожалуй, один из самых трагичных эпизодов всего мифа — Эхо медленно и мучительно умирает. Нарцисс не ответил ей взаимностью, и наша героиня скрывается в лесу, где ее тело постепенно истощается, пока от нее не отсеется лишь голос.
Казалось бы, именно здесь настал идеальный момент назвать Нарцисса бессердечным, но я откажусь это делать. Потому что у меня возникают вопросы.
Можем ли мы полностью винить Нарцисса за то, что он в очередной раз не захотел полюбить того, к кому просто-напросто не испытывает никаких чувств? Разве тут вина Нарцисса или же трагедия Эхо стала следствием её собственного решения скрыться от мира и продолжать страдать из-за любви к тому, кто не отвечал ей взаимностью? Можно ли возлагать на человека ответственность за чужие страдания лишь потому, что он не захотел вступать в романтические отношения с тем, кто этого хочет?
Мой ответ — нет.
Далее автор упоминает, что Нарцисс отвергал и других поклонников, причём делал это «насмехаясь». Увы, без каких-либо подробностей. Мы уже заметили, что многое зависит от контекста, но здесь его попросту нет. В данном случае перед нами очередная авторская оценка, которую нам предлагают принять без каких-либо конкретных примеров.
Так он её и других, водой и горами рождённых
Нимф, насмехаясь, отверг, как раньше мужей домоганья.
(Овидий, «Метаморфозы», книга III, стихи 402–403, перевод С. В. Шервинского).
Идём дальше.
Вот и настал переломный момент нашего мифа. Те, чью любовь отверг Нарцисс, обращаются к богам с просьбой:
«Пусть же полюбит он сам, но владеть да не сможет любимым!» См. стих 405.
И богиня возмездия Немезида внимает этой мольбе. Теперь уже самому Нарциссу предстоит испытать муки безответной любви. Вскоре он увидит собственное отражение в воде и влюбится в него, ещё не подозревая, что предметом его любви станет он сам.
Тут у меня возникает другая гипотеза: до данного момента (а прошло уже 16 лет с момента его рождения) он вообще не изображен человеком, который постоянно любуется собой. По моему мнению, его нарциссизм, его самовлюбленность, возникает вследствие божественного наказания, а не проявляется как изначальная черта его характера. Поэтому Нарцисса сложно назвать нарциссом в современном понимании этого слова.
Вот мы и дошли до 415-го стиха. Нарцисс, уставший после охоты, решает выпить воды:
«Жажду хотел утолить, но жажда возникла другая!
Воду он пьет, а меж тем — захвачен лица красотою».
(Овидий, «Метаморфозы», книга III, стихи 415–416, перевод С. В. Шервинского).
Нарцисс наконец видит того, в кого он влюбляется с первого взгляда. Наконец он встретил свою любовь! Но, увы, по воле богини это будет безответная любовь, так как он видит свое отражение, но пока этого не понимает.
Стихи 455-458 наиболее важны:
«Милый, уходишь куда? Не таков я красой и годами,
Чтобы меня избегать, и в меня ведь влюбляются нимфы.
Некую ты мне надежду сулишь лицом дружелюбным,
Руки к тебе протяну, и твои — протянуты тоже».
(Овидий, «Метаморфозы», книга III, стихи 455–458, перевод С. В. Шервинского).
Нарцисс, ни о чем не подозревая, влюбляется в прекрасного юношу, которого видит в воде. Думает, что тот отвечает ему взаимностью. Нарцисс неоднократно пытается целовать этого мальчика, прикоснуться к нему, обнять его, но все безуспешно. Как результат, он чувствует то, что чувствовали все его поклонники.
И вот, постепенно освобождаясь от иллюзии, он понимает, в чем дело:
«Он — это я! Понимаю. Меня обмануло обличье!»
(Овидий, «Метаморфозы», книга III, стих 463, перевод С. В. Шервинского).
«О, если только бы мог я с собственным телом расстаться!
Странная воля любви, — чтоб любимое было далеко!»
(Овидий, «Метаморфозы», книга III, стихи 467–468, перевод С. В. Шервинского).
Наконец воля богини свершилась, и наш герой полюбил, но не может быть вместе с любимым. Нарцисс не ест, не спит и не отходит от ручья, не в силах оторвать взгляд от своего отражения.
И вот что юноша говорит после того, как он встретил свою настоящую любовь и понял, что его возлюбленный — это он сам и он никогда не сможет владеть тем, кого он по-настоящему любит:
«Не тяжела мне и смерть: умерев, от страданий избавлюсь.
Тот же, кого я избрал, да будет меня долговечней!
Ныне слиянны в одно, с душой умрём мы единой».
(Овидий, «Метаморфозы», книга III, стихи 471–473, перевод С. В. Шервинского).
Прошу обратить внимание на этот выбор нашего героя. Он полюбил и понял, что его любовь навсегда останется безответной. И, осознавая это, он сознательно(!) принимает смерть, говоря, что она ему не тяжела. Юноша понимает, что безответная любовь — это страдание. Он готов умереть, дабы навсегда избавиться от этих мук. Именно поэтому я ранее ставил под сомнение виновность Нарцисса в эпизоде смерти Эхо. Возможно, она тоже сделала свой выбор.
И вот Нарцисс, измученный безответной любовью, склоняет свою усталую голову на траву и умирает. А на месте его тела находят цветок, который впоследствии получит его имя:
«Но вместо тела шафранный
Ими найден был цветок с белоснежными вкруг лепестками».
(Овидий, «Метаморфозы», книга III, стихи 509–510, перевод С. В. Шервинского).
Так и заканчивается наш миф.
Разобрав этот миф, я пришёл к выводу, что его можно воспринимать как миф о любви, а не о гордости. Я не являюсь и не хочу быть адвокатом нашего героя, но мне кажется просто неприемлемым называть его бессердечным эгоистом, когда у нас нет достаточно веских оснований для такого вывода.
С моей точки зрения, Нарцисс умер “романтично”, и именно его смерть у меня вызывает больше всего эмоций. Он прожил 16 лет, не зная, что такое любить кого-то. Но вот настал тот день, когда он, пусть и не по своей воле, встретил того, кого он по-настоящему полюбил. И в конце умер ради этой самой любви.
Трагическая история любви — вот что я вижу в этом мифе. Но самое важное для меня то, что любовь была, и она наполняла всю жизнь Нарцисса. И в конечном итоге именно она лишила его этой жизни.
Тот факт, что у нас в уме Нарцисс больше воспринимается как негативный герой, вызывает у меня одну мысль:
Мне кажется, мы недооцениваем гордых, жестоких, бессердечных эгоистов, которые любят только себя.